«Моцарт – это молодость музыки…»; «Музыкальный Христос», «Олицетворение изящества, ума и изысканности»… Похоже, радостно-солнечная ипостась зальцбургского гения абсолютно довлеет и два столетия спустя (первая цитата принадлежит Д Шостаковичу, написавшему заметку по просьбе журнала «Советская музыка» к 200-летию со дня рождения композитора). Ещё романтик Гофман приоткрыл сложную противоречивость моцартовских образов, в прошлом веке немузыкант Чичерин и вовсе выдвинул антиномию противоречий у Моцарта («яркое солнце и черная бездна»); в интерпретациях Э. Гилельса, С. Рихтера, Г. Гульда и Н. Арнонкура скрытый нерв внутренних конфликтов прорывается даже в его мажорных и вполне «невинных» произведениях (дивертисментах, серенадах, сонатах). Но и сегодня «бидермайеровский» взгляд на Моцарта лидирует не только как растиражированный бренд. Что же нового может добавить диск, который вы держите в руках, на котором произведения Моцарта записаны в переложениях, по большей части сделанных в эпоху бидермайера?
Руководитель петербургского «Дивертисмента», скрипач Илья Иофф склонен выбирать непроторённые пути (свой первый диск на «Мелодии» артист и его камерный оркестр посвятили Мусоргскому, записав своё, поистине «антиравелевское» переложение «Картинок с выставки» для струнных). Предваряя 270-летний моцартовский юбилей, который ждёт нас в будущем году, Иофф предпочел оригинальным сочинениям для струнных (дивертисментам KV136-138 и «Маленькой ночной серенаде») переложения, ни одно из которых до настоящего времени не числится в каталогах мировой звукозаписи. И если беглый взгляд на программу может вызвать удивление, то прослушивание представленных произведений подряд должно как минимум заинтересовать.
Пожалуй, самым непривычным для знатоков будет звучание первого номера – увертюры к «Дон Жуану» в переложении для струнных… и фисгармонии (органа). Его автор – немецкий композитор, дирижер, органист и педагог Фиделио Фридрих Финке (1891-1968), прошедший в собственной музыке все стадии «смены эпох» своего столетия. Его обработка, однако, выполнена для домашнего исполнения, возможного в пределах струнного квинтета и переносного органа-позитива; она не претендует на передачу оркестрового блеска и тембрового разнообразия моцартовского шедевра. И тем не менее, начальные унисоны струнных способны поразить подлинной мощью тутти; монолитность звучания по-своему подчеркивает неотвратимость идеи возмездия.
Драматическую линию продолжает симфония №40, переложенная для струнного оркестра Петером Лихтенталем (1780-1815). Младший современник Моцарта, он был знаком с его вдовой Констанцией и сыном Томасом; автор одной из первых биографий Моцарта и кантаты к открытию памятника в Зальцбурге, Лихтенталь много сделал для широкого распространения моцартовской музыки. Его переложение для струнного состава также рассчитано на скромные любительские силы; нивелирование тембровой драматургии (в своих последних симфониях Моцарт существенно расширяет роль и значение духовых) ведёт к упрощению голосоведения и контрапунктической ткани. С другой стороны, и в оригинальной партитуре ритмическая пульсация струнной группы цементирует звучание симфонии, являясь исходной точкой тематизма, импульсом его развития и преобразования. Симфония предстаёт перед нами в виде гравюры, парадоксально освежающей восприятие сверхпопулярного опуса экспрессией черно-белых контуров.
Следующее произведение демонстрирует более привычную, «радостно-изящную» ипостась моцартовского гения. Двухфортепианная соната Ре мажор знакома многим музыкантам со школьной скамьи (именно она послужила в конце ХХ века основой для научного эксперимента, вошедшего в историю под названием «Моцарт-эффект»). Тем более неожиданным зазвучит её струнное переложение! Один из крупнейших скрипачей романтической эпохи, профессор Лейпцигской консерватории Фердинанд Давид (1810-1873), впервые исполнивший концерт Мендельсона, обработал сонату для двух скрипок; Илья Иофф добавил к ним оркестровую партию. Ансамбль двух музыкантов - самого Ильи Иоффа и концертмейстера оркестра Лидии Коваленко - превратился в «Concertante», галантная жизнерадостность музыки усилена игровой светотенью «soli» и «tutti»
«Ну, это уже лишнее», - сказал Эвсебий, но блаженство светилось его в глазах. Авторский комментарий Шумана к заключительному номеру «Танцев Давидсбюндлеров» невольно приходит на ум, стоит зазвучать первым тактам последней пьесы альбома. Миниатюрную жемчужину позднего Моцарта – Adagio для ансамбля духовых, написанное явно на случай, в качестве вставного номера к садовой серенаде, можно воспринять как «бис». Но именно в звучании струнных «пленэрная» лёгкость этой пьесы наполняется лирической теплотой, глубиной медитативного созерцания (автор переложения – чешский композитор, дирижер и музыковед Милан Мюнклингер (1923-1986). Сложно представить себе лучшее послесловие к программе, в которой знакомый, любимый, но так и не разгаданный до конца Моцарт предстал перед вами в новых обличьях.
Текст (с)Борис Мукосей для Фирмы "Мелодия"
Релиз альбома 23 мая 2025 на всех крупнейших мировых стриминговых площадках.